Первомайский суд Омска частично удовлетворил иск журналиста и правозащитника Виктора Корба к газете «Московский комсомолец» и и бывшему начальнику УФСБ.

Слушание дела о защите чести и достоинства продолжалось более полутора лет. Основной причиной постоянных переносов была неявка основных ответчиков: представителя редакции «Московского комсомольца» и Виктора Миронова, вначале бывшего начальником УФСБ, а ныне ставшего главным федеральным инспектором. 21 декабря, в отличие от всех предыдущих раз, на своем участии в процессе в качестве соответчика настоял представитель ФСБ. Протест Виктора Корба о том, что он подавал иск лично к Миронову, не был принят судом после заявления юриста ФСБ, что генерал выражал мнение возглавляемой им государственной организации. Представитель ФСБ попросила приобщить к делу результаты некой «экспертизы». Оказалось, что декан филологического факультета ОмГУ Николай Мисюров, отказавшийся проводить по запросу суда экспертизу статьи с оскорблениями в адрес журналиста, по просьбе ФСБ сделал экспертное заключение на… его иск. Суд отказался рассматривать это заключение как результаты экспертизы.

Суду не было представлено ни одного доказательства справедливости утверждений генерала о том, что журналист «фальсифицировал информацию», «по специальным заданиям формировал общественое мнение», «рассчитывал втянуть ФСБ в судебный процесс», обвиняя его в «тотальной слежке». Тем не менее, судья Тамара Ломакова решила оставить эти утверждения без опровержения. Вся вина за появление оскорбительных материалов в «МК в Омске» легла на редакцию и журналистку Светлану Метелеву. Они должны опубликовать опровержение части своих заявлений и выплатить компенсацию. Виктор Корб скорее всего не будет опротестовывать это решение. Если уж УФСБ воспринимает это дело как свое собственное и намерено во что бы то ни стало сберечь свой мундир, перспектив выиграть у него минимальны. Тем более, что главный федеральный инспектор Миронов, хоть и сидит в другом здании, считается только прикомандированным к демократии — его трудовая книжка лежит по-прежнему в ФСБ. Да и времени на это жаль — работать надо.